Вопрос ребром: любишь экстрим? Люби…

Но помни: эта любовь — твоё личное дело, но, увы, за неё расплачиваются другие, причём иногда своими жизнями. 

С каждым годом любителей экстрима всё больше. И всё чаще они попадают в ситуации, из которых их приходится выручать. За любовь экстремалов к рискованным видам расплачивается государство, используя деньги налогоплательщиков. Опасные хобби влетают «в копеечку». Сами спасенные не платят ничего. А СМИ потом будто о подвиге сообщают о ЧП какого-нибудь горе-альпиниста или рыбака: этого выловили, того вытащили, третьего из пещеры достали.
Честно говоря, достали уже безответственные экстремалы, думающие лишь о своих развлечениях. Они вины за собой не чувствуют. Взять хотя бы операции по спасению со льдин любителей подледного лова, нарушающих все правила, хотя этими правилами им «Твой Шанс» (и не только он) все уши прожужал… Тщетно! Больше того, замечено: если раньше горе-рыбаки залезали в вертолет и благодарили пилотов, то нынче воспринимают прилет винтокрылой машины как должное и требуют забрать их со всем скарбом, с уловом, со снегоходами и авто.
Рыбаки, простите за резкость, обнаглели. Они небрежно отбрасывают предупреждающие знаки на берегу, ибо уверены, что имеют право находиться в любом месте, а если что – всё равно спасут. Такая самоуверенность имеет и печальные последствия…
В прошлом году на Камчатке, несмотря на волнение моря в 5–6 баллов, двое рыбаков вышли на шестиметровой лодке, хотя прекрасно знали о штормовом предупреждении. Через сутки в экстренные службы обратилась жена одного из рыбаков. Поиски продлились две недели. Задействовали три вертолета, несколько судов различных классов, около пятисот спасателей на прочесывание побережья, которые и нашли оба тела, когда их прибило к берегу. Операция обошлась бюджету чуть ли не в 20 миллионов рублей.
Бывают случаи и иного рода, со счастливым концом, но от этого не менее дикие. 15 апреля прошлого года «отличились» шарыповцы. В акватории водохранилища Березовской ГРЭС оторвало льдину и отнесло от берега на 250 метров. В это время на куске льда находилось 118 человек, из которых 15 – дети. Спасательная операция длилась около трёх часов. А если бы их не спасли, прежде всего этих 15 детей, которых безалаберные отцы взяли с собой на лед, несмотря на выставленные предупреждающие знаки? Кто был бы виноват?
При этом спасатели подсчитали, что на снятие со льдины каждого любителя подледной рыбалки уходит в среднем по пять тысяч рублей. И это лишь нижняя граница стоимости. Вертолет зачастую приходится поднимать и за двумя-тремя рыбаками. Поэтому стоимость за снятие со льдины одного человека может достигать и двадцати тысяч рублей.
Час полёта «вертушки» Ми-8 обходится 100–150 тысяч рублей, моторная лодка – в 1,2 тысячи, судно на воздушной подушке – в тысячу, снегоход – 420 руб. Из бюджета «уплывают» огромные суммы.
А сводки-то идут одна за другой… МЧС России вертолётом эвакуировало туристов, которых непогода заблокировала на вершине алтайской горы Ак-Кем. Когда облачность в горах рассеялась, вертолет преодолел 240 километров. На следующий день после этой операции в Магадан также вертолетом были доставлены туристы со сплава. А до этого на Ми-8 в Хакасии с пика Зуб Дракона сотрудники отряда МЧС эвакуировали пострадавшую альпинистку с переломом ноги. Еще одна спасательная операция в горах Таджикистана закончилась трагедией. От сильного ветра вертолет, перевозивший туристов, приземлился жестко и опрокинулся на бок. Погибли и вертолетчики, и туристы. А эпопея по эвакуации российского альпиниста Александра Гукова, за которым пришлось посылать не вертолет, а самолет с медицинским модулем и целой бригадой медиков… При этом пакистанские спасатели во время поисков шесть раз задействовали вертолет и подвергали жизни своих пилотов риску.
Стоит ли удивляться, что сложившаяся ситуация вновь вернула подзабытую было дискуссию о том, должны ли пострадавшие по собственной вине сами платить за свое спасение – хотя бы частично. Или, может, ввести обязательное страхование для туристических групп?
Кстати, эти вопросы ставил еще в бытность главой МЧС России Сергей Шойгу, когда в январе 2010 года спасатели после многочасовых поисков обнаружили тела пяти туристов, попавших под снежную лавину в Кабардино-Балкарии. В поисковой операции было задействовано 70 спасателей и два вертолета. Тогда Шойгу заявил, что за спасение альпинистов, которые терпят бедствие в горах, должны платить федерации этих спортсменов. «Все затраты по поиску незарегистрированных групп я прошу оформить и предъявить Федерации альпинизма или другим организациям, направляющим эти группы в горы», – заявил тогда министр.
В Федерации альпинизма России сказали, что понимают проблему, но во всем мире людей перед выходом на маршруты обязательно страхуют, а если кто-то не застраховался, то в случае беды платит из собственного кармана. В России же система несовершенна: со страхованием проблемы, а денег, выделяемых федерации государством в год, не хватит даже на одну поисковую операцию.
На том дискуссия и завершилась, но ведь очевидно, что уже давно пора менять законы: миллионы, по сути, летят на ветер как плата за чью-то безалаберность.
В прошлом году в Сибирском региональном центре МЧС России уже заявляли о разработке действенных мер противодействия нерадивым рыбакам. Спасатели на Дальнем Востоке тоже обещали штрафами «воспитывать» чувство самосохранения у любителей подледной рыбалки. Но на какую сумму штрафовать, так и не решили, поскольку опять же это не прописано законом.
Конечно, МЧС действительно для того и существует, чтобы спасать людей. Одно дело, если группа альпинистов, рафтеров или просто туристов зарегистрировалась, согласовала маршрут заранее в МЧС, но так получилось, что попала в беду. Спасти – святое дело. Но с другой стороны… Если люди пошли на свой страх и риск, так что же, их не спасать? Конечно, спасать. Но возникает вопрос другого свойства: почему взрослые люди не «включают» мозг и отключают совесть, думая только о собственной утехе: хочу в горы, хочу на лёд, у меня – хобби! Если бы любители острых ощущений были застрахованы, они бы знали, что в случае нарушений правил им страховку не выплатят, тогда их не надо было бы заставлять проходить инструктаж и регистрировать свои маршруты. Они бы сами на этом настаивали. И тогда многих ЧП и трагедий можно было бы избежать.
На памяти случай, когда местным спасателям пришлось эвакуировать 47-летнего мужчину, который получил травмы при восхождении на пик Птица в природном парке «Ергаки». Горе-альпинист изувечился, пытаясь покорить пик без надлежащего альпинистского снаряжения, страховки и даже без навыков. Травмы были тяжелые, поэтому об эвакуации по земле и речи не шло. На место ЧП был направлен вертолет, дальность полета составила около двухсот километров.
Но вернемся к страховке. Когда журналист «РГ» М. Зубов попытался разобраться в этом вопросе, то первое, что выяснилось: в большинстве небольших агентств страховок для экстремалов попросту нет. Там могут застраховать лишь от несчастного случая или оформить медицинскую страховку, так как малые фирмочки реализуют услуги, которые им предоставляют компании. Но и в большой фирме – «АльфаСтрахование» – тоже проблемы. «Можно получить простое страхование от несчастных случаев: 500 тысяч – страховая сумма и 2750 рублей – стоимость полиса на год. Но эта страховка многим, скорее всего, не подойдет», – предупредила менеджер Марина. То есть последствия добровольной попытки штурмовать скалу несчастным случаем могут и не посчитать. Если страхователь не сообщил страховщику, что он собирается заниматься экстремальными видами спорта, то последствия неудачного приземления с парашютом, падения с горного склона и т.д. придется оплачивать самому.
Ещё вариант: «Вам нужно пройти индивидуальное согласование с андеррайтером, – предложила Марина. – Это сотрудник, который анализирует риски и определяет адекватную риску ставку. Нужно заполнить заявление с описанием маршрута, снаряжения и планом экстремальных мероприятий, заполнить спортивную анкету и написать финансовое заявление. Эти документы передадут ему, потом может потребоваться собеседование, после чего будет названа страховая сумма и стоимость полиса». Но такая страховка, как вы понимаете, за полчаса не оформляется.
В страховой кампании «Согласие» подобных тонкостей не потребовалось. Сотрудница посмотрела таблицы и сообщила:
«Байдарки и горы в России – это страховая сумма в 30 тысяч евро. Страхуются только дни похода, оплата полиса за один день – 2,5 евро. Туда входит медицинская помощь, поисковые работы и эвакуация – весь набор, необходимый для экстремала».
У такого оперативного подхода есть не только плюсы, но и минусы. Чем проще заключить договор со страховщиком, тем выше вероятность того, что не все возникшие обстоятельства будут признаны страховым случаем. Особенно мало шансов покрыть материальный ущерб у экстремалов-любителей, которые плохо знают, как следует вести себя в страховом случае. Поэтому, к примеру, ВТБ «Страхование» предпочитает так же, как и «АльфаСтрахование», проводить таких клиентов через кабинет андеррайтера. Для его же блага.
Но хватит ли страховым компаниям (да и другим страховщикам страны) андеррайтеров, если всех экстремалов обяжут страховаться? На этот вопрос ответ однозначный: «Нет». Пока остаётся одно – взывать к разуму и совести любителей опасных приключений. Что мы и попытались в очередной раз сделать.

Публикацию подготовил
Игорь БОЙКО.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.